Вторая половина 2014 года будет временем качественного роста фондового рынка Украины


Интервью с главой Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР) Дмитрием Тевелевым

 

Вопрос: Дмитрий Михайлович, ключевой вопрос – печальная ситуация на украинском фондовом рынке. Американский рынок за минувший год прибавил 27%, другие рынки тоже растут – кто больше, кто меньше. В мире восстанавливается оптимизм. На украинском рынке все наоборот – царит пессимизм, какого я не помню с начала 90-х.

Ответ: Вы знаете, у нас один из потенциальных кандидатов в президенты – боксер. В боксе более слабый соперник, как правило, быстрее падает и медленнее поднимается. Я бы эту аналогию применил к нашему фондовому рынку: если в мире происходят негативные тенденции, то они, в первую очередь, бьют по слабым. И когда эти тенденции выравниваются или сменяются позитивным трендом, позже всех восстанавливаются, опять-таки, слабые. Вот ответ на ваш вопрос: наш фондовый рынок реально слаб – по ряду причин. Хотя есть и показатели, которые говорят о его силе и потенциале роста, который существенно выше, чем у развитых рынков. Но, опять же, применяя спортивный термин, пока к нашему рынку приклеился ярлык "вечно подающего надежды".

Вопрос: Дойдет ли до Украины в 2014 году мировая тенденция восстановления?

Ответ: Я уверен, что да. Это практически не вызывает сомнений. Инерция негатива как более слабого рынка, конечно, еще достаточно «потянет» нас вниз в первом квартале. Но рост, который есть в США, и определенные позитивные тренды в Европе не могут быть бесследными для Украины. Не может не отразиться позитивно на нашем рынке начало реализации договоренностей об улучшении взаимоотношений с Россией, Китаем и Евросоюзом (и я абсолютно уверен, что весна будет новым переломом во взаимоотношениях с ЕС).

Можно много говорить о макроэкономических или геополитических факторах, но, подытоживая, у меня есть серьезные основания надеяться, что вторая половина 2014 года будет временем качественного роста, позитивного изменения и для украинской экономики в целом, и для фондового рынка в частности.

Вопрос: Если, дай бог, деньги на наш рынок придут: внешние или внутренние или мы когда-то запустим второй уровень пенсионной системы, то куда их вкладывать? Участники рынка говорят, что кроме гособлигаций других инструментов практически нет. Рынок внутри страны сжался до бумаг двух-трех эмитентов.

Ответ: Опять же, давайте смотреть, почему сжался рынок: недостаток денег, которые, к тому же, вкладывались в ОВГЗ. Это объективная реальность. Если деньги придут, они придут в реальные проекты. Уже задекларированы проекты в самолетостроении, машиностроении, космической и нефтегазовой отрасли, строительстве. Это серьезное движение, которое коснется, думаю, 80% всей экономики страны. Может, в меньшей степени оно на первом этапе затронет легкую промышленность и еще какие-то отрасли. Но базовые сектора экономики получат приток инвестиций, проектов, заказов, значит, поднимется их стоимость и потребность инвестора в обращении бумаг эмитентов из этих секторов.

Я думаю, что очень серьезным трендом будет рост стоимости корпоративных облигаций и интерес к ним. Не может быть по-другому. Мне кажется, для развития этих инструментов у нас есть все. Нужен просто толчок, всплеск, сигнал для рынка и эмитентов. И таким сигналом должна быть, конечно, финансовая стабильность, некая финансовая подпитка и, в целом, экономическая политика.

Вопрос: То есть, вы считаете, что первым ренессанс испытают корпоративные облигации?

Ответ: Думаю, что да, корпоративные облигации. И, в случае достижения договоренностей по ряду проектов с иностранными инвесторами, которые могут привести к становлению рынка ипотечных ценных бумаг, можно будет говорить и об интересе к этому инструменту.

Вопрос: А когда может улучшиться ситуация на рынке акций? Когда на нем могут появиться новые эмитенты? Уже несколько лет идет речь о том, как бы вывести их на рынок, но они если и появляются, то на рынках зарубежных. Вот недавно EPAM Systems успешно разместился на американском рынке, хотя основные центры разработки у компании в Украине.

Ответ: Пока больших изменений не ожидается: инерция и страх очень сильны. Плюс незнание и неумение. Я бы большими буквами написал: незнание возможностей, инструментов и механизмов фондового рынка (или поверхностное знание) и неумение их использовать -- это косность, которая, как выяснилось, быстро не проходит.

Комиссия в одиночку не может этот вопрос решить. Не может регулировщик на перекрестке влиять на качество приобретаемых участниками дорожного движения автомобилей. Мы можем влиять только на то, чтобы эти автомобили безопасно передвигались и имели возможность беспрепятственно совершать свое движение.

И так регулятор в нашей стране занят в какой-то степени несвойственными ему функциями. Какие у регулятора функции? – Это создание правил игры, контроль над их соблюдением и некая коррекция законодательных норм. На развитых рынках эти нормы созданы давно, они имеют длительную практику, давнюю традицию и историю. Все прекрасно понимают глубину и ширину маневра, свое место в строю. Мелкая коррекция позволяет только совершенствовать существующие правила и традиции, улучшать качество. Наш регулятор же фактически создает условия для рынка. Не участник рынка приходит и говорит: «Вот у меня есть новый инструмент, давайте пропишем правила, разработаем механизмы и будем этот инструмент двигать», или же: «У меня есть новая идея создать какой-то новый вид инвестфонда», а Комиссия ищет, что бы такого вам еще предложить.

Вопрос: Участники рынка, наверное, с Вами не согласятся. Они уже несколько лет ходят с идеей дериввативов на валюту или золото, с идеей двойного листинга и пока безрезультатно. Возможно, эта претензия не столько к НКЦБФР, сколько к Нацбанку.

Ответ: Думаю, что как раз здесь мы сделали все, что от нас зависело, - на днях Комиссия разрешила обращение на украинском фондовом рынке ценных бумаг Укпродукта, то есть первый прецедент уже есть. Также мы ожидаем подачи пакета документов на получение разрешения на обращение акций и от МХП. Таким образом, участникам рынка останется урегулировать последние детали с НБУ, и в ближайшее время ценные бумаги эмитентов, надеюсь, наконец-то выйдут на внутренний рынок.

Вопрос: А деривативы, возможность выхода с новыми финансовыми инструментами на товарные рынки?

Ответ: А закон о деривативах?

Вопрос: Без закона, вы считаете, нельзя?

Ответ: Можно, но трудно. Мы пошли на то, чтобы открыть рынок фондовых деривативов в июле 2010 года. Он работает. Но знаете, что меня беспокоит в дискуссии о деривативах? – Деривативы -- это инструмент хеджирования. Если мы создаем рынок производных, мы должны прекрасно понимать, что этот инструмент обращается как хедж, как страхование рисков производителей. Да, он также обращается и как спекулятивный инструмент, который покупается-продается, ничего плохого в этом нет. Но где должен быть центр тяжести? Создавая деривативный рынок, мы должны создать какие-то преференции тем, кто хеджирует свои риски. Мы должны ориентироваться на производителя: крестьянин, засеивая поле пшеницей, должен понимать, что он застрахован от риска неурожая, от риска конъюнктуры и так далее, и у него есть фьючерсные или форвардные контракты, которые позволяют ему эти риски нивелировать. Давайте дадим ему преференции. Поэтому предложение Комиссии заключается в том, чтобы сделать этот закон реально инструментом хеджирования. Спекулянты найдут свою нишу в любом случае.

У нас же пока все проекты этого закона, за исключением, извините за нескромность, проекта, который разрабатывала Комиссии, -- это проекты, которые практически ничего не говорят о хеджировании рисков. Они абсолютно не направлены на то, чтобы участником этого рынка на хороших условиях и с понятными перспективами стал производитель. Эти законопроекты направлены на создание спекулятивного рынка. Ничего, повторяю, в этом плохого нет: спекулятивный рынок притягивает деньги и ликвидность. Прекрасно, но давайте не будем забывать о главной задаче, которая для экономики в целом важнее.

Поэтому, когда мы говорим о рынке деривативов, то развивать его можно и нужно, но давайте не делать этот закон однобоким, а рынок однобоким вдвойне.

Вопрос: Минагропрод, насколько я знаю, активно продвигает идею создания биржевого аграрного рынка, хотя и встречает сопротивление зернотрейдеров

Ответ: Минагропрод продвигает свои идеи, очень хорошие, как раз направленные на поддержку производителя. У Минэнергоугля свои идеи – энергетическая биржа, реформа энергорынка. У Минэкономразвития свои идеи, у Комиссии и у Нацбанка -- свои. Тем не менее, насколько мне известно, сейчас в Кабмине идет работа над подготовкой единого законопроекта, который бы максимально учел все пожелания и нивелировал разногласия. Думаю, что уже в течение двух месяцев мы увидим такой комплексный документ.

Поэтому нужно ускорить работу над этим законопроектом, как можно быстрее вынести его под купол Верховной Рады, чтобы базовые правила были утверждены. Но ни в коем случае не исключать, а, наоборот, поднимать на щит идею привлечения на этот рынок реального товаропроизводителя, наполнение его реальным смыслом страхования рисков.

Вопрос: Минувший год ознаменовался завершением реформы депозитарной системы. Довольно ли вы ее результатами, есть ли необходимость что-то подправить? Насколько велик у новой системы временной задел прочности, чтобы обслужить будущие потребности рынка, например, то же обращение дериввативов?

Ответ: Я когда для себя подводил итоги года, что удалось и что не удалось, пытался вспомнить, какие еще реформы у нас в экономике можно было настолько явно и четко отследить: момент зарождения концепции, общественного обсуждения со страданиями и муками, формирование закона, отстаивание, проведение и утверждение, год реализации, то ничего, кроме депозитарной реформы, для себя не отметил. Все это вместилось в три года – 2011 - 2013.

Вопрос: Даже срок не переносился, что удивительно для Украины.

Ответ: Три года. И мы видим за три года реальную реформу. Об этом не говорят, наверное, место фондового рынка не настолько центральное, чем иных, но это реальная реформа. Это то, что изменило, во многом систему координат и систему работы на фондовом рынке.

Доволен ли я этой реформой? -- Я доволен тем, что она есть, но не доволен тем, что не все нам удалось. Не то что недоволен, но вижу, что многое еще можно сделать лучше.

Я доволен тем, что Украина получила одну из лучших в Европе систем депозитарного учета на фондовом рынке. Именно систему, не технологии только, а систему. И действительно одну из лучших в Европе. Об этом говорят практически все профучастники рынка.

Но уже сейчас можно сказать, что от закона до технологии вся эта система способна совершенствоваться. Это очень важно, она не косная. Мы видим уже сейчас возможности для ее совершенствования и развития.

Принесла ли депозитарная реформа на сегодняшний день какие-то новые качественные изменения и улучшения? Думаю, да. По крайней мере, многие говорят, что значительно ускорились расчеты через Расчетный центр (РЦ). Хотя есть определенные проблемы во взаимоотношениях профучастников с РЦ и НБУ, но эти проблемы решаются. Нет распыления ресурса участника по разным биржам, разным площадкам. Он депонирует свои активы в РЦ и оперирует ими на всех площадках – это хорошо.

Центральный депозитарий (ЦД) обеспечивает расчеты в ценных бумагах, никаких трудностей с этим не возникает, ежедневно проверяет наличие 100 % баланса в реестрах на уровне депозитарных учреждений. Это очень важно. Есть некоторые сложности, связанные с техническими ошибками, продиктованными человеческим фактором – например, некорректно введенным номером счета. Но в целом система работает. Если в первые две недели количество сделок было минимальным, то уже в ноябре по объему операций мы вышли на дореформенный объем. Прекрасно!

Значит ли это, что все хорошо? Конечно, нет. И, в первую очередь, для нас важно стало понимание, что без качественно нового программно-технологического комплекса (ПТК) улучшить систему депозитарного учета и качество учетно-расчетной услуги почти нереально.

В какой ситуации мы оказались год назад? Нужно было проводить реформу, нужно было строить систему. У нас был выбор – строить ее на существующих ПТК («Оберон» Нацдепозитария, «Депоер» Расчетного центра) или подождать, построить новый программный продукт, а потом уже делать реформу. Мы пошли по первому пути.

Для передачи выпусков ценных бумаг (глобальных сертификатов) из ВДЦБ (РЦ) в НДУ нам удалось совместить два этих программных комплекса и очень быстро передать их. Я снимаю шляпу перед специалистами, которые это сделали. Мы составили план и в течение года ни разу его не нарушили. Мы подготовили все нормативные документы – 34 (!) – до того, как вступил в силу закон. То есть, была проделана сумасшедшая работа.

Недавно один из руководителей Нацбанка мне сказал: «Знаешь, я до последнего дня не верил, что вы успеете все передать». Но мы передали. Параллельно у нас идет работа по остановке обращения документарных бумаг, тоже очень важная и нужная, но об этом чуть позднее, так как это отдельная тема.

Но ПТК, конечно, старый - и в «Обероне», и в «Депоере». «Депоер» сейчас поменяли -- РЦ поставил новую операционную систему на базе Oracle. Молодцы, это хорошо. Но теперь нужно нечто новое. Мы это видим, понимаем и уже согласовали необходимость этих изменений и создания нового продукта с Национальным банком. На уровне Кабмина я эту задачу озвучил и был поддержан.

Уже в январе мы начнем работу. Формируется рабочая группа, которая будет заниматься разработкой, обсуждением, формированием некой архитектуры будущего ПТК. После утверждения этой архитектуры и концепции, начнется разработка технического задания, а далее все как положено: тендер, разработка, внедрение.

Я думаю, что было бы правильным, если бы участниками этого ПТК были все стороны процесса, ориентированного на депозитарные, расчетные и клиринговые операции. То есть этот ПТК должен покрывать все процессы, связанные с депозитарным учетом и расчетами: у ЦД, РЦ, НБУ, бирж, депозитарных учреждений и торговцев – все, кто участвуют, должны работать в этой системе.

Значит ли это, что существующие технологические комплексы неспособны обеспечивать потребности рынка? Нет, не значит. Торговцы и биржи много говорят о недостатках «Оберона». Было бы глупо говорить, что их нет, но было бы и неправильно говорить, что ЦД с ними не справляется. Огромными усилиями, но Центральный депозитарий обеспечивает качество. Но что может ЦД, если уровень профессионализма и степень ответственности за совершаемые действия участников нашего фондового рынка зачастую настолько низкие? А я именно так бы этот вопрос поставил.

Так вот, когда мы настроим, с одной стороны, ПТК, а с другой – повысим профессионализм участников – у нас эти проблемы уйдут. Но еще раз - я доволен, что реформа эта произошла.

Вопрос: Несколько вопросов по «хвостам», выражаясь студенческой терминологией. Уже решено, как быть с физлицами, которые не открывают счета?

Ответ: Конечно же, они должны открывать счета.

Вопрос: А разве это справедливо? Эти люди получили акции в рамках проведенной государством сертификатной приватизации, когда таких правил не было.

Ответ: А собственность обязывает. Собственность - это ведь не только право.

Вопрос: Но вы представьте себе: у людей бумаг на 20 грн, и годами никаких дивидендов, а они должны будут в год платить за счет 50 грн.

Ответ: Во-первых, никто не отменял возможность эмитента платить за счет своего акционера.

Вопрос: Я говорил с хранителями. По их словам, эмитенты, как правило, не платят.

Ответ: А какой путь?

Вопрос: Но ведь неправильно лишать права собственности только потому, что не открыт счет?

Ответ: А никто не лишает права собственности.

Вопрос: Но вот сейчас уже отдельные эмитенты говорят, что эти люди не могут участвовать в собраниях акционеров.

Ответ: Они могут участвовать, но не могут голосовать.

Вопрос: Почему? Ведь это право акционера?

Ответ: Потому что он это право не подтверждено выпиской со счета. Все просто. Бездокументарная бумага исключает возможность ведения реестра, возможность использовать сертификат акций для того, чтобы участвовать в голосовании.

Вопрос: Я не большой специалист в юриспруденции, но Конституция запрещает принимать решения, которые сужают права граждан.

Ответ: Собственность состоит из трех элементов: владение, пользование, распоряжение. Распоряжение собственностью, в этом случае действительно затруднительно. Владения собственностью никто не лишает. Есть возможность пойти и открыть счет. Другого пути нет. К тому же, думаю, все согласятся с тем, что, если у человека есть собственность, неинтересная ему или дорогая в обслуживании, есть смысл задуматься над смыслом владения ею. К примеру, у меня есть автомобиль, который не на ходу. Какой мне смысл, в таком случае, платить за аренду гаража для него?!

Вопрос: Что НКЦБФР делает с эмитентами, которые не перевели свои бумаги в бездокументарную форму?

Ответ: Во-первых, масштабы этого бедствие мы уже немного сократили. На сегодняшний день всего эмитентов, которые выпускали бумаги, – 14133: бездокументарных – 8381, документарных – 5752. Среди последних остановлено обращение процентов 85 - 90. Чего мы этим добиваемся? Ведь это тоже ответственность большая, существуют определенные риски, на которые мы идем. Мы понимаем, что из этих компаний, которые не привели свою деятельность в соответствие с законом, значительная часть – мертвые или спящие. Если мертвые, мы должны понимать, что они уже не работают. Если спящие, мы должны сделать все для того, чтобы их разбудить. Остановка обращения, остановка внесения изменений в систему реестра – это попытка их разбудить.

Результат этой попытки: только за последний месяц 18 акционерных обществ провели собрание акционеров и показали, что они привели свою деятельность в соответствие с законом, и мы сняли ограничение на обращение их акций. Много это или мало? Честно говоря, я думал, что реакция на наши остановки будет где-то через полгода, ближе к собраниям акционеров. То, что люди просыпаются уже сейчас, -- это очень хороший тренд.

Вопрос: Когда вы останавливаете обращение, это еще и переводит бумаги в категорию фиктивных?

Ответ: Это один из признаков. Но для того, чтобы признать бумагу фиктивной, нужно не менее трех.

Наша задача в ближайшее время – остановить обращение всех бумаг, которые не приведены в соответствие с законом, то есть всех документарных бумаг, и выполнить, таким образом, норму закона. Я считаю, это нормально. Мы в этом году получили отчетность 8,5 тыс. АО. Бездокументарных – 8381. Так что это та цифра живых АО, которые на сегодняшний день работают в стране.

У нас есть еще порядка около 800 АО, которые мы знаем и по которым мы готовим остановку. Я думаю, что в первом квартале 2014 года мы это сделаем. А дальше у нас будет большая работа с проведением собранием акционеров. Там, конечно, будет много вопросов, много рисков, очень серьезных проблем, но мы к ним готовимся, будем их решать.

Вопрос: А какая ситуация с регистраторами, которые не передали реестры?

Ответ: На момент проведения реформы у нас было 124 регистратора. Мы дошли до каждого, сформировали списки регистраторов по следующим категориям. Первая -- кто будет продолжать свою деятельность на рынке и получать лицензию депозитарного учреждения. Они уже работают. Реестры остаются у них, и они уже сами внутри себя занимаются переводом.

Отдельная группа – это те, которые будут уходить с рынка. Для них мы создали и нормативно закрепили процедуру «выхода» и передачи реестра. Мы знаем их наперечет, знаем, где они находятся, какие реестры ведут, с каждым из них установлена связь. Национальный депозитарий создал график приема реестров и архивов. У тех регистраторов, которые не имеют финансовой возможности оплатить услугу по передаче и могут это подтвердить, архивы будут приниматься бесплатно – так мы договорились с ЦД. И это львиная доля регистраторов.

Есть группа регистраторов, которые не объявились. Их немного. Каждый из них является объектом проверки. Внесены изменения в законодательство, по которым мы имеем право проверять лицензиата после завершения срока действия лицензии на предмет совершения им действий по уходу с рынка. Поэтому все эти регистраторы являются объектом проверок.

Вопрос: Хотел бы уточнить. На днях вы возобновили обращение акций Борщаговского химико-фармацевтического завода, для которого Киев ищет инвестора. Есть ли в этом списке бумаг, обращение которых остановлено, другие известные эмитент, много ли их?

Ответ: Одно время у нас среди «подозреваемых» были даже «Мотор Сич» - предприятие не хотело преобразовываться, Полтавский ГОК, черкасское производственное объединение «Азот». Мы уверены в том, что они проснутся (хотя в «Азоте» проблема усугубляется тем, что есть определенный дисбаланс в реестре, связанный с пакетом «Уралкалия» и возникший задолго до появления нынешнего мажоритарного собственника).

У нас, кстати, практика остановки обращения бумаг, которую мы ввели около двух лет назад, -- один из успешных действенных способов борьбы с корпоративными конфликтами. Как только мы видим конфликт, останавливаем обращение акций. Сразу. Вначале это воспринимается так – ну остановили, так остановили. Но когда приходит время собрания акционеров, или когда кому-то из акционеров надо переоформить права собственности или продать, становится ясно, что это невозможно. И надо садиться за стол переговоров и договариваться.

Последний случай – Коростеньский щебзавод. По предприятияю были заявления о корпоративном захвате, рейдерах. Мы взяли и остановили обращение. Они уже через пару дней были здесь, мы сказали: «Ребята, садитесь и договаривайтесь между собой». И они договорились.

Вопрос: Да, в декабре было официальное сообщении об урегулировании конфликта.

Ответ: Это очень действенный способ. Когда начинаешь бить по имуществу, то это оказывается очень эффективно. Хотя два года назад нас очень ругали за Ясиновский коксохим.

Вопрос: Да, помню, но в итоге конфликт в России между теми же акционерами продолжается, а в Украине он улегся довольно быстро.

Завершая тему депозитарной реформу, хотел бы уточнить еще по клирингу. Дискуссия о его будущем все еще сохраняется? Кто сможет осуществлять клиринговые операции?

Ответ: Сохраняется позиция Комиссии, которая была изначально и которая есть в законе: клиринг не является некоей монополией. Да, Расчетный центр имеет хорошие шансы для того, чтобы на этом рынке показать свои возможности, качество, результат и так далее. Но я бы отстранял от этих возможностей биржи. Если у биржи есть нормальный продукт и технология, устраивающая клиентов, то почему нет?

Попытка создания нового ПТК будет сопровождаться зондированием возможности расширения участников клиринга. Насколько это удастся – трудно сказать. Действительно, РЦ формируется как некий монополист, и в этом его позитив. Если в процессе дискуссии нам покажут позитив обратный, почему нет?

Вопрос: Тема ИСИ. 2014 год – год вступления в силу обновленного закона, который дает больше возможностей, позволит ли это этому рынку ожить? Потому что в последние годы тренд на рынке ИСИ, за исключением сегмента венчурных фондов, был негативным.

Ответ: Вы опередили мою ремарку, что ИСИ и венчурные фонды – это совсем не одно и то же.

Закон интересный, он создает очень хорошие возможности. Он сложный, а сложность реализации этого закона в обычной нашей инертности. Более года было дано на подготовку. И многие думали, что или Комиссия какие-то нормативные документы не успеет подготовить, и придется отодвигать вступление в силу этого закона, или так «рассосется».

Буквально в декабре был очень большой семинар, который Комиссия проводила с УАИБ для компаний по управлению активами и фондов. Около 240-250 компаний приняли участие. Битком был забит актовый зал Академии наук. Целый день с 10 утра до 6 вечера проходил семинар, было огромное количество вопросов. Мы получили много «пищи» для себя. Потому что здесь будет и перелицензирование, и новые условия регистрации и перерегистрации, и так далее. Но закон качественный, потому что над ним работали совместно и Комиссия, и рынок. И возможности, конечно, я вижу хорошие, перспективы большие. Как и когда они будут реализованы? Опять же, ИСИ – это не какой-то отдельный островок на рынке. Будет общий подъем, поэтому, думаю, и в этом сегменте все будет нормально. Правда, если вновь не будет сложностей в вопросах налогообложения...

Вопрос: Вопрос по биржам. Комиссия как-то вовлечена в острые взаимоотношения, назовем это так, между ПФТС, Украинской биржей и их акционерами, в том числе Московской биржей?

Ответ: Комиссия пытается не быть вовлеченной в эти острые взаимоотношения. В то же время, мы понимаем, что эта ситуация основана на естественном желании продать свои акции подороже (для одних) и купить их подешевле (для других). Регулятор так определил свою позицию. Пункт первый: уважаемые коллеги, дайте нам, пожалуйста, свои планы и свое видение развития двух площадок. Мы хотели бы их видеть, хотели бы помочь вам в отработке оптимальных стратегий или проектов и их реализации. Покажите, что вы хотите. Они еще ни разу нам ничего не показали. Мы не понимаем, чего они хотят. Они хотят слить площадки? Они хотят оставить площадки с некоей специализацией? Покажите.

На их призыв – а давайте вы войдете в рабочую группу – мы отвечаем, что не хотим входить в рабочую группу. Покажите нам свою стратегию, и если она будет разумной, мы поможем ее реализовать.

Пункт второй. Обе площадки включают как иностранных собственников-акционеров, так и украинских. Для нас принципиально важно, чтобы были оптимально соблюдены права и тех, и других. Мы не хотим создавать преференций или каких-то особых условий для тех или иных акционеров. Мы стоим на том, чтобы интересы всех акционеров были учтены и защищены. И комиссия не допустит ограничения возможностей, прав и интересов как одной стороны, так и другой. Вот здесь мы открыты. Пожалуйста, приходите, показывайте, что плохо. Мы будем пытаться своими возможностями, своими инструментами, может быть, своим авторитетом, добиться равенства прав и соблюдения интересов всех акционеров.

Например, идею выкупить по какой-то минимальной цене акции биржи, «нагнув» украинских акционеров, мы не воспринимаем. Обратную идею -- создать некую обструкцию, чтобы эти биржи умерли -- мы тоже не воспринимаем. Мы хотим, чтобы эти площадки развивались.

В Украине 10 бирж. Недавно мы отказали в регистрации 11-ой. Уверен, что инфраструктурно Украина обеспечена ими для выполнения всех целей и задач фондового рынка.

Вопрос: Тема СРО. В минувшем году там тоже было неспокойно в связи с недавними законодательными изменениями. Какова позиция Комиссии по поводу будущего саморегулирования на фондовом рынке?

Ответ: Комиссия может быть дольше, чем хотелось бы, определяла ту оптимальную формулу взаимоотношений регулятора и саморегулируемых организаций, придя, в конце концов, к совершенно простому выводу. Саморегулируемые – когда они сами регулируют, когда Комиссия как регулятор какие-то полномочия им передала на каких-то условиях для того, чтобы они эти полномочия реализовывали.

А если этих полномочий нет, может ли это общественная организация считаться саморегулируемой? Мы сделали вывод, что нет. То есть мы сформировали еще один принцип отнесения ассоциаций к саморегулируемым. Первый – 75 % членов, второй – наличие правил и процедур, и третий принцип: есть полномочия -- есть СРО, нет полномочий – нет СРО. Мы будем предлагать ввести в закон этот принцип.

Вопрос: А разве есть у какой-то украинской СРО переданные Комиссией полномочия?

Ответ: Нет, но и принципа нет. Поэтому мы идем по следующему пути, и в конце прошлого года собрали СРО и объявили им по-партнерски, открыто, что сейчас готовим изменения в закон. Просили их поучаствовать, дали им первый драфт своих предложений.

Если Комиссия передаст какие-то полномочия организации, она будет иметь статус СРО. Если не передаст, то последняя будет лишена этого статуса. И у нас останутся на рынке только профильные ассоциации. Закон позволяет лицензировать профучастников либо если они являются членами ассоциации, либо СРО. То есть, оставаясь членами ассоциации, профучастники не имеют никаких рисков, связанных с лицензированием.

В свою очередь, Комиссия разрабатывает и уже подала в Министерство юстиции на регистрацию нормативный акт о порядке рассмотрения предложений о передаче полномочий. Мы рассматриваем разные варианты передачи полномочий: какие, в каком объеме, как они будет обеспечиваться с точки зрения ответственности, отчетности. Будет ли Комиссия влиять на их выполнение. Допустим, один из вариантов, когда в исполнительный орган СРО будет включен представитель Комиссии с правом вето на решения, которые связаны с переданными полномочиями. Или еще что-либо. Мы подумаем, но это все будет сделано после принятия закона.

А что сейчас? На данный момент мы столкнулись с ситуацией, что между СРО началась борьба за статус. АУФТ хочет стать СРО депозитарных учреждений, ПАРД – СРО торговцев. АФП хотело стать и тем, и другим, а УАИБ сел в засаду и наблюдает, кто из них ослабеет первым. Вот такая вот каша.

Поэтому Комиссия предложила такое: до принятия закона, о котором мы сказали, до внедрения принципа: есть полномочия – есть СРО, нет полномочий – нет СРО, установить статус-кво. Мы предложили отозвать АУФТ и ПАРД свои заявления о параллельном статусе. Это не регуляторное решение, это предложение нашим коллегам. Они вправе с ним согласиться или нет. Если их добрая воля будет, и они отзовут, мы утверждаем нынешний статус до принятия закона. Если мы передадим полномочия, то они останутся в статусе СРО, если не передадим, то они превратятся в профессиональную ассоциацию. Вот такая наша позиция. Мы не хотим сумбура, шума из ничего. Получается интересная ситуация: рынок не работает, а шума выше крыши.

Вопрос: А какие полномочия могут передаваться, например, отчетность?

Ответ: Не только отчетность. Допустим, разработка типовых договоров, связанных с осуществлением деятельности. Участие в разработке пруденциальных нормативов, подготовкой специалистов, разработка требований к программным продуктам и контроль над соблюдением этих требований. Все, что касается узкоспециальной деятельности. Комиссия устанавливает флажки: вы не должны заходить за флажки, но внутри них вы можете разрабатывать правила и сами их контролировать. Но здесь начинается конфликт интересов: а захотят ли члены ассоциации, чтобы их контролировал не государственный регулятор, а такие же товарищи, как и они? Тут очень много вопросов возникает. Насколько рынок готов к идее восприятия СРО.

Вопрос: Последний вопрос по поводу недавнего решения АРИФРУ взимать ежегодную плату с эмитентов за обслуживание в системе раскрытия информации. Для нас как активных пользователей этой системы все, что делает ее работу стабильной, сохраняя при этой открытой и бесплатной для акционеров, инвесторов и СМИ – это только плюс. Хотя некоторым эмитентам и профучастникам, конечно, наверное, жалко на это 450 грн в год.

Ответ: В Facebook муссируется мысль, что бесплатное размещение заменяется платным, что вводится плата за размещение информации. Я хочу сразу заявить свою позицию: размещение отчетности и раскрытие информации никогда за всю историю не было бесплатным. Оно всегда было платным, причем полумонопольно эту плату получали газета «Ведомости НКЦБФР» и бюллетень «Ценные бумаги». Огромного объема выходили издания, которые мало кто из простых акционеров и многих инвесторов видел, и такого же объемы шли деньги в эти газеты от эмитентов. Но мы живем в 21 веке. Мы хотим, чтобы информация соответствовала потребностям и возможностям этого дня. Поэтому мы, с одной стороны, значительно сокращаем обязательные объемы публикации в газетах, а, значит, сокращаем расходы наших профучастников и эмитентов, чтобы оплатить услуги газеты. Реально обязательная печатная отчетность уже сокращена в разы, в отдельных случаях – в десятки раз. Например, аудиторский отчет заменили тремя строками. То же самое с годовыми отчетами. На фоне этого 450 грн в год – это очень немного, и это реальная экономия. Да и по факту эмитент будет платить не за размещение информации, а за услуги информационно-технической поддержки, которые АРИФРУ им будет оказывать. Деньги же, полученные от предоставления этой услуги, будут направлены на обеспечение бесперебойной работы современной, легкой, удобной и доступной системы раскрытия информации. В то же время, доступ к информации для инвесторов останется бесплатным.

Вопрос: Идеально было бы, если бы у эмитента была альтернатива: либо за 1000 грн размещаться в газету или за 450 грн в интернете.

Ответ: К сожалению, пока это невозможно. Если бы интернет-пространство дошло до каждой бабушки, то мы могли бы на это пойти. Так что сокращается плата, и информация разносится по двум источникам.

К тому же, то, что вы вместе с акционерами видите в свободном доступе в системе раскрытия – это, как в айсберге, только надводная часть. Вы бы посмотрели систему мониторинга фондового рынка в целом -- это такая картинка! Мы создали аналитическую группу для оперативного реагирования на те или иные изменения, тенденции в работе фондового рынка, которые сегодня видим. И та система мониторинга, которую создала АРИФРУ, способна сделать работу этой группы проактивной и результативной, ведь она достаточно эффективна и способна обрабатывать различные запросы в считанные минуты. К слову, не так давно в рамках заседания Аналитической группы мы собрали все 10 бирж и сделали им презентацию того, что имеем.

Вопрос: Биржи, наверное, тоже были в изумлении от системы.

Ответ: Да, там есть, что показать. Например, Кондратьевский огнеупорный завод у нас за один квартал капитализируется в 1,5 тысячи раз: он лидер капитализации – 1,5 трлн грн! Затем – трехкратное падение капитализации – до 510 млрд грн.

Когда мы показываем динамику, показываем операции, когда два торговца друг другу перепродают один и тот же пакет по одной и той же цене несколько раз, хотя этот пакет ни до, ни после не продавался, но вскоре собрание акционеров с вопросом выкупа акций, то понятно, для чего это делается. Комиссия уже оштрафовала торговцев за восемь случаев манипулирования на 170 тыс. грн. каждый, показав, что у нее есть и опыт, и стремление борьбы с манипулированием. И аналитическую группу, которая помогает нам мониторить ситуацию на биржах, сделали постоянно действующей.

 

Источник: Интерфакс, 14:50 24.01.2014

24 січня 2014 р.